Загадки Санкт-Петербурга

Вход для учителя
Вход для ученика

Алфавитный указатель статей

А
27 статей
Б
19 статей
В
11 статей
Г
10 статей
Д
12 статей
Е
3 статьи
Ё
Нет статей
Ж
6 статей
З
7 статей
И
7 статей
Й
Нет статей
К
21 статья
Л
6 статей
М
26 статей
Н
12 статей
О
6 статей
П
37 статей
Р
13 статей
С
34 статьи
Т
21 статья
У
Нет статей
Ф
11 статей
Х
1 статья
Ц
5 статей
Ч
2 статьи
Ш
4 статьи
Щ
Нет статей
Ъ
Нет статей
Ы
Нет статей
Ь
Нет статей
Э
3 статьи
Ю
1 статья
Я
Нет статей

Трезини Доменико

автор — Чижик

Доменико Трезини (ок. 1670–1734)

Среди ряда замечательных архитекторов-иностранцев, создателей стиля петровского барокко, строивших Санкт-Петербург «с нуля», особое место занимает человек, которого иногда называли «скорее инженером, чем архитектором». Это Доменико Трезини, италоязычный швейцарец, обучавшийся в Венеции и работавший в Дании, откуда он и попал в Россию. Собственно, его нанимали как инженера фортификационных сооружений (именно с возведения нарвских и кронштадтских укреплений он начал свою карьеру в России) и мастера массовой застройки. Однако Трезини стал автором нескольких выдающихся зданий, без которых Петербург теперь невозможно представить.

К таким постройкам относятся Петропавловская крепость и Петропавловский собор, здание Двенадцати коллегий (см. Менделеевская линия, СПбГУ), Летний дворец Петра I; а ведь были еще Морской и Сухопутный госпитали, второй Зимний дворец, проект Александро-Невского монастыря (см. Александро-Невская лавра), гостиный двор на Васильевском острове. Кроме этого, Трезини разрабатывал проекты для типовой застройки Петербурга, в соответствии с которыми все дома делились на три категории: для «подлых», для именитых и для «зело именитых», то есть для бедных, богатых (к этому типу принадлежит, например, дом царского стольника Алексея Ивановича Троекурова (см. Дом Троекурова) на 6-й линии Васильевского острова) и очень богатых. Дома для бедных должны были строиться не выше одного этажа и иметь не более 4 окон; дома для богатых — в один этаж, но уже с 14 окнами, разрешалось также пристраивать мезонин в 3 окна; очень богатые могли позволить себе большие 2-этажные дома. Не обладая особыми архитектурными достоинствами, эти типовые постройки решали важную для строящегося города задачу придания ему регулярности и европейского вида. Подобными зданиями была застроена набережная Невы от университета до Горного института, всего их было не менее 40; до нашего времени — в перестроенном и измененном виде — дошло 29 зданий. Их фасады ярко раскрашивались, благодаря чему контрастировали с серым петербургским небом. К задачам Трезини относилось также планирование застройки города в целом — и Василеостровской части, и Адмиралтейской, и Московской, и Петербургской, и Выборгской. Один из современников писал о Трезини: «Он один имеет работ больше всех обретающихся в Петербурге архитекторов».

Петр I доверял Трезини, который был трудолюбив и надежен, но ценил его меньше таких архитекторов, как Андреас Шлютер или Жан Батист Александр Леблон. Им платили как художникам, а Трезини — как ремесленнику. И все же любимое детище Петра I — колокольню Петропавловского собора — поручили строить именно Трезини. Для первого русского императора, противопоставлявшего себя московским государям-предшественникам, было крайне важно, чтобы новая колокольня оказалась выше колокольни Ивана Великого, расположенной на Соборной площади Московского Кремля (высота — 81 м); поэтому он торопил с ее строительством, задерживая даже возведение самого собора. Колокольню успели достроить еще при жизни Петра I, так что он смог подняться на ее последний ярус и осмотреть город сверху. Правда, шпиль с ангелом, являющийся, наравне с адмиралтейским корабликом Хармана ван Болоса (см. Адмиралтейство), одним из наиболее узнаваемых символов Петербурга (см. Символы Санкт-Петербурга), был водружен на колокольню только позднее.

Трезини пережил Петра I и успел послужить еще Екатерине I, Петру II и Анне Иоанновне.

Первоначально Трезини жил в Греческой слободе, в районе нынешней Миллионной улицы, практически напротив строившейся Петропавловской крепости. На Васильевском острове ему принадлежал участок на 2-й линии с садом, архитектурной мастерской по изготовлению моделей зданий и жилым деревянным домом, который после смерти архитектора перешел его семье, а позднее был продан. Последние годы жизни архитектор провел в построенном по собственному проекту каменном доме на Университетской набережной (ныне — площадь Трезини, 21).

Много времени Трезини уделял педагогической работе. Он воспитал целую плеяду архитекторов, в основном русских, среди которых самым талантливым оказался Михаил Григорьевич Земцов.

Доменико Трезини был похоронен на спроектированной им же Выборгской стороне, на Сампсониевском кладбище. Кладбище давно стало сквером, и могила первого архитектора Петербурга не сохранилась.

Во дворе филологического факультета Санкт-Петербургского государственного университета есть памятный знак, посвященный Доменико Трезини.