Загадки Санкт-Петербурга

Вход для учителя
Вход для ученика

Алфавитный указатель статей

А
27 статей
Б
19 статей
В
11 статей
Г
10 статей
Д
12 статей
Е
3 статьи
Ё
Нет статей
Ж
6 статей
З
7 статей
И
7 статей
Й
Нет статей
К
21 статья
Л
6 статей
М
26 статей
Н
12 статей
О
6 статей
П
37 статей
Р
13 статей
С
34 статьи
Т
21 статья
У
Нет статей
Ф
11 статей
Х
1 статья
Ц
5 статей
Ч
2 статьи
Ш
4 статьи
Щ
Нет статей
Ъ
Нет статей
Ы
Нет статей
Ь
Нет статей
Э
3 статьи
Ю
1 статья
Я
Нет статей

Леблон Жан Батист Александр

автор — Чижик

Жан Батист Александр Леблон (1679–1719)

После убедительных побед Петра I над шведами в Северной войне и основания Петербурга возникла необходимость развития в городе гражданского строительства. Приглашенный ранее царем Доменико Трезини был в большей степени военным инженером, мастером фортификационных построек, а опытный архитектор немец Андреас Шлютер, назначенный в 1713 г. на должность «директора строительства» в Петербурге, через год умер от тифа, успев лишь закончить строительство Летнего дворца. Вскоре Петра I познакомили с модным французским архитектором Леблоном, чьи идеи в области городского строительства были весьма популярны в Париже. Леблон считал, что городские усадьбы нужно строить так, чтобы дом располагался в глубине, за садом, а двор и службы — за домом. Леблон был настоящим мастером комфорта: именно он, уже в Петербурге, ввел в употребление смывную канализацию (которая, впрочем, еще долго оставалась в России невостребованной), придумал шкаф особого назначения — буфет, разработал проект первого в Петербурге уличного масляного фонаря и т. д. Энергичный и умный француз произвел на Петра I сильное впечатление, и от совместного обсуждения архитектурного будущего города они перешли к действиям.

В 1716 г. Леблон приехал в новую русскую столицу в придуманном Петром I звании генерал-архитектора с огромным для того времени окладом в 5000 рублей в год и составил план развития города. Центр Петербурга переносился с Троицкой площади на Васильевский остров. В пределах овальной городской стены, укрепленной бастионами, должны были оказаться почти весь Васильевский остров, юго-западная часть Петербургской стороны (в 1914 г. переименованной в Петроградскую) и небольшая примыкающая к Неве полоска стороны Адмиралтейской. Город должны были прорезать каналы, которые заменяли бы улицы; в местах пересечения каналов планировалось разбить широкие площади с памятниками и фонтанами. Леблон хотел устроить множество садов, церкви должны были располагаться практически в каждом квартале, рынки — в каждой части города. Скотобойни, больницы, богадельни и кладбища предполагалось держать за пределами городской стены.

Леблоновский проект идеального города-сада на воде не был осуществлен по ряду причин. Во-первых, требовалось снести многое из того, что уже было построено, а затем возводить заново, на что не хватало средств. Во-вторых, самоуверенный француз быстро восстановил против себя мастеров, которые были под его началом и с которыми он очень мало считался. В-третьих, его большой ошибкой стала попытка конкуренции с всесильным Александром Даниловичем Меншиковым. Именно Меншиков устроил так, что вырытые на Васильевском острове каналы были уже и мельче, чем в плане, и оказались непригодными для использования. Петру I в результате пришлось вообще отказаться от этой идеи.

Потерпев неудачу с воплощением генерального плана строительства Петербурга, Леблон взялся за дворцово-парковые комплексы в Стрельне и Петергофе, где за сравнительно короткий срок успел многое спроектировать и построить, а также работал над интерьерами Летнего дворца Петра I. Короткую карьеру Леблона в России прервала оспа, от которой он умер. Похоронили французского архитектора на не сохранившемся до наших дней Сампсониевском кладбище.

Летний сад

автор — Чижик

Летний сад

Летний сад — почти ровесник Петербурга, одно из любимейших детищ Петра I. Во многом это было связано с представлением императора о будущем городе как о Парадизе — земном рае, а рай без сада невообразим. Уже в 1704 г. Петр I на месте бывшей усадьбы шведского военного приказал устроить парк. И работа закипела. Строился Летний дворец, сначала деревянный, а затем каменный (последний сооружал Доменико Трезини), завозились необычные растения, сажались редкие в этих местах породы деревьев. Архитекторы Георг Иоганн Маттарнови, Николо Микетти и Михаил Григорьевич Земцов возвели по проекту Андреаса Шлютера грот — символическую сказочную пещеру с тремя залами, облицованными раковинами, зеркалами, стеклами; купол грота был расписан, в нем находились фонтаны со статуями, а фасады украшала мраморная скульптура. Федор Васильев соорудил три открытые каменные галереи, в одной из которых поставили купленную в Риме статую Венеры. Зрелище обнаженного женского тела, хотя бы и каменного, было еще весьма непривычным для России — и у статуи пришлось поставить часового, чтобы скульптуру не повредили.

В саду проходили знаменитые петровские ассамблеи, он стал местом развлечений. Появился даже зверинец — нечто вроде небольшого зоопарка (из экзотических животных в нем был, например, дикобраз, которого раньше на Руси не видали, поэтому в списке он фигурирует как «большой еж»). Летний сад быстро разрастался. Несмотря на то что по периметру были вырыты каналы и территория сада превратилась в остров, появились Второй (выше по Безымянному ерику — нынешней Фонтанке, где впоследствии встанет Михайловский замок) и Третий (ныне Михайловский) Летний сад. Возникли пруды, были построены фонтаны (именно для обеспечения их водой были проделаны огромные работы по строительству Лиговского канала и возведению акведука), приобретено множество скульптур, в основном заказанных венецианским мастерам. К середине XVIII в. в Летнем саду было около 200 скульптур различной тематики — исторических, аллегорических, мифологических.

Многие из первоначальных петровских «затей» невосстановимо пострадали во время наводнения 1777 г. Лабиринт и грот уже не возводили заново, но в целом Летний сад сохранился и украсился великолепной решеткой, созданной по проекту Юрия Матвеевича Фельтена. Число скульптур впоследствии стало значительно меньше (их осталось около 90), зато появился прекрасный памятник Ивану Андреевичу Крылову работы Петра Карловича Клодта.

Летний сад был излюбленным местом прогулок «избранной публики» (вход был доступен не всем), здесь часто можно было увидеть царствующих особ, а также известных писателей, художников, композиторов. В 1866 г. этим воспользовался террорист Дмитрий Владимирович Каракозов, пытавшийся убить Александра II. Покушение (Александр II пережил их несколько, пока не погиб от взрыва бомбы на набережной Екатерининского канала (ныне канала Грибоедова)) не удалось, террорист был казнен.

Раз в год в Летнем саду устраивали смотрины невест: петербургские купцы приводили своих дочерей, чтобы найти им завидных женихов.

Сохранять Летний сад нелегко: деревья, некоторые из которых были посажены еще при Петре I, стареют, мраморные скульптуры в суровом климате Санкт-Петербурга разрушаются. В наши дни была осуществлена полномасштабная реконструкция и реставрация Летнего сада: оригинальные скульптуры заменили копиями, восстановили фонтаны начала XVIII в., шпалеры и другие детали внутреннего убранства сада.

Литейный мост

автор — Чижик

Литейный мост

Литейный мост — мост через Неву, который соединяет центральную часть Петербурга (Адмиралтейский остров) с Выборгской стороной. Литейный стал вторым постоянным мостом в городе после Благовещенского моста.

Если посмотреть на старинные карты, то можно увидеть, что на том месте, где расположен Литейный мост, еще до основания Петербурга находилась переправа по дороге из России в Швецию. История Литейного моста началась в 1786 г. с постройки второго в городе, Воскресенского, плашкоутного моста. Его несколько раз переносили с одного места на другое, строили заново, переименовывали, и в конце концов он получил название Литейный — по Литейному проспекту и Литейной части, к которым вел. Наплавной Литейный мост наводился вплоть до начала строительства постоянного моста в 1875 г.

На проект строительства постоянного моста был проведен конкурс, по итогам которого работа была поручена инженеру Аманду Егоровичу Струве. В 1874 г. с ним заключили контракт, предусматривающий возведение моста за 4 года. Однако строители столкнулись с рядом серьезных трудностей. Дело в том, что именно в этом месте Нева достигает своей максимальной глубины в 24 м, а дно имеет илистую структуру, которая очень плохо подходит для несущих конструкций моста. При строительстве Литейного моста произошло две катастрофы с многочисленными человеческими жертвами. Но, несмотря на аварии, необходимость проведения работ по их устранению и общее значительное удорожание проекта, мост был закончен с опозданием всего на месяц — 30 сентября 1879 г. Литейный мост стал первым в мире постоянным мостом, который освещался электричеством. Разводка моста проводилась вручную — 4, а затем 8 рабочих вращали ручной ворот. Позже ворот заменили водяной турбиной, которая питалась от городского водопровода.

В 1966–1967 гг. была проведена реконструкция моста. Так как основания опор были достаточно надежными, были заменены только их верхние части и построены новые металлические пролетные строения. Общее руководство работами осуществлялось инженером Л. А. Вильдгрубе и архитектором Ю. И. Синицей. Стальные балки нового моста изготавливались на берегу, а затем при помощи понтонов доставлялись к опорам.

Современный Литейный мост — это шестипролетный разводной мост длиной 396 м и шириной 34 м. Перила моста, спроектированные архитектором Карлом Карловичем Рахау и сохраненные при реконструкции, признаны памятником градостроительства и архитектуры местного значения — на них изображены русалки, поддерживающие картуш с гербом Санкт-Петербурга.

Лобанова-Ростовского дом («Дом со львами»)

автор — Чижик

Дом Александра Яковлевича Лобанова-Ростовского («Дом со львами»)

В 1817 г. мало кому известный архитектор Огюст Монферран, недавно приехавший в Россию из Франции, начал строительство для князя Лобанова-Ростовского дома, ныне больше известного среди петербуржцев как «Дом со львами». Князь Александр Яковлевич, генерал, воевавший с французами и турками, коллекционер старинных книг, портретов и карт, происходивший из богатого и знатного рода, был одним из приближенных императора Александра I.

Под строительство дома был отведен участок в форме прямоугольного треугольника, что затрудняло проектирование здания в стиле классицизма. Архитектор решил эту проблему, срезав углы постройки. Ее главный фасад выходит к Адмиралтейству — внимание привлекает размещенный на фасаде портик из восьми колонн коринфского ордера. Колонны, поставленные на аркаду, сильно выдвинуты вперед, что давало возможность экипажам подъезжать прямо к парадному входу по широкому пандусу. По сторонам центральной арки на гранитных постаментах установлены фигуры львов из белого мрамора, выполненные скульптором Паоло Трискорни по античным образцам. Их мощные тела и грациозные позы увековечены Александром Сергеевичем Пушкиным в поэме «Медный всадник»: «С подъятой лапой, как живые, / Стоят два льва сторожевые…» На одном из этих львов спасался от наводнения главный герой поэмы Евгений: «На звере мраморном верхом, / Без шляпы, руки сжав крестом, / Сидел недвижный, страшно бледный…»

Фасад, выходящий на Исаакиевскую площадь, в основных чертах повторяет композицию главного фасада. На углах здания изящные балконы с чугунными литыми решетками, поддерживаемые кронштейнами. Монферран продумал и великолепную отделку внутренних помещений: вестибюль разделяли два ряда дорических колонн, а парадную лестницу декорировали пилястры коринфского ордера. По своей композиции и архитектурному решению дом Лобанова-Ростовского, занимающий целый квартал, — характерный образец богатого дома петербургской знати первой четверти XIX в.

Изначально особняк строился для князя и его молодой супруги графини Клеопатры Безбородко; часть дома предполагалось сдавать под доходные квартиры. Однако семейная жизнь не задалась, князь собрался уехать в Париж, а дом, в котором не прожил ни дня, решил продать. Он запросил за особняк огромную по тем временам сумму в 1 млн рублей. Покупателя не нашлось, тогда князь придумал оригинальное решение, заявив, что выпустит миллион лотерейных билетов ценой по 1 руб. Один из билетов должен был принести счастливцу дворец. Император Николай I запретил лотерею: «Не княжье это дело». Дворец был выкуплен в казну, и в нем разместилось Военное министерство. После Октябрьской революции 1917 г. дом успел принять в своих стенах Военно-политическую академию, Аэромузей и даже общежитие, а в 1946 г. — промышленный Проектный институт № 1. В 1990-е гг. ходили слухи о том, что дом может снова обрести законного владельца в лице княжеского потомка Никиты Лобанова-Ростовского, но тот отказался выкупать особняк, содержание которого требовало крупных вложений.

Сегодня дом Лобанова-Ростовского реконструирован, в нем планируется открыть фешенебельный отель. К сожалению, в процессе реконструкции были уничтожены многие уникальные интерьеры, снесен дворовый флигель, а на крыше дома надстроена стеклянная мансарда, исказившая исторический облик здания.

Ломоносов Михаил Васильевич

автор — Чижик

Михаил Васильевич Ломоносов (1711–1765)

Михаил Васильевич Ломоносов родился в небольшой деревне под городом Холмогоры недалеко от Архангельска в семье зажиточного помора. С ранних лет вместе с отцом выходил на тяжелый рыбный промысел в холодное и грозное Белое море. Так ковался характер будущего ученого. Отец Ломоносова был неграмотен — и сын самостоятельно, с помощью дьячка местной приходской церкви, стал постигать грамматику и арифметику. В 19 лет он пешком отправился в Москву вслед за рыбным обозом и поступил в Славяно-греко-латинскую академию, которая в те времена была лучшим учебным заведением (см. Система российского образования (XVIII в.)). Годы учебы были для Ломоносова нелегкими. Только благодаря природным способностям, упорству и трудолюбию сумел он вытерпеть насмешки одноклассников над его возрастом, преодолеть недоверие учителей. Как вспоминал сам Ломоносов, он вел тогда полуголодное существование, тратя «денежку на хлеб, денежку на квас и денежку на книжку».

В 1736 г., окончив Славяно-греко-латинскую академию лучшим учеником, Ломоносов приехал в Петербург и поступил в Академический университет (см. СПбГУ). Через год его, уже как стипендиата Академии наук, отправили на стажировку в Германию — изучать философию, физику, химию и минералогию (см. Камни и минералы).

Бóльшая часть жизни великого русского ученого была связана с Петербургом. Именно здесь, в Академии наук, развернулись все его дарования. Современников и потомков поражала разносторонность не только увлечений, но и серьезных научных изысканий Ломоносова. Это был первый русский ученый поистине энциклопедических интересов и знаний. Александр Сергеевич Пушкин с восхищением писал: «Соединяя необыкновенную силу воли с необыкновенною силою понятия, Ломоносов обнял все отрасли просвещения. Жажда науки была сильнейшею страстью сей души, исполненной страстей. Историк, ритор, механик, химик, минералог, художник и стихотворец, он всё испытал и всё проник: первый углубляется в историю отечества, утверждает правила общественного языка его, дает законы и образцы классического красноречия, учреждает фабрику, сам сооружает махины, дарит художественные мозаические произведения, и, наконец, открывает нам истинные источники нашего поэтического языка».

Поражает даже краткий список достижений великого ученого, который открыл закон сохранения материи раньше Лавуазье; создал первую в России химическую лабораторию; провел более четырех тысяч опытов (совместно с Дмитрием Ивановичем Виноградовым), раскрыв секрет изготовления цветного стекла, что дало возможность организовать производство русской мозаики; сформулировал правила российского стихотворства и стал одним из лучших одописцев империи; составил первую научную грамматику русского языка и выпустил учебник грамматики; написал «Историю Российскую»; открыл атмосферу Венеры; способствовал открытию в 1755 г. Московского университета, который сейчас носит его имя; руководил Академической гимназией при Академии наук.

Неутомимый экспериментатор, Ломоносов говорил: «Один опыт я ставлю выше, чем тысячу мнений, рожденных только воображением».

«Уважаю в Ломоносове великого человека, — писал Пушкин. — Между Петром I и Екатериною II он один является самобытным сподвижником просвещения. Он создал первый университет; он, лучше сказать, сам был первым нашим университетом».

Последние годы жизни ученый провел в своей усадьбе на Большой Морской улице. Похоронен Ломоносов на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры.

Музей М. В. Ломоносова находится в Кунсткамере. Именем Ломоносова назван известнейший фарфоровый завод, а один из пригородов Петербурга (Ораниенбаум), неподалеку от которого располагались экспериментальные мастерские ученого, был в 1948 г. переименован в город Ломоносов.

Лопухина Евдокия Федоровна

автор — Чижик

Евдокия Федоровна Лопухина (1669–1731)

Настоящее имя дочери Иллариона Абрамовича Лопухина, сначала стряпчего при дворе царя Алексея Михайловича, а затем стрелецкого головы при Федоре Алексеевиче, — Прасковья Илларионовна — было изменено при венчании ее с царем Петром I скорее всего в связи с тем, что Прасковьей звали жену соправителя и брата Петра I — Ивана V (некоторое время в русской истории существовала уникальная ситуация, когда царствовали сразу двое; впрочем, слабый здоровьем Иван в государственные дела не вмешивался). Венчание состоялось в 1689 г.; невесту выбрал не сам молодой царь, а его мать, Наталья Кирилловна Нарышкина. Молодая царица была красивой и неглупой, но старомосковское воспитание делало ее не слишком привлекательной для царя, который не любил размеренного московского быта. В свою очередь занятия мужа, связанные с созданием армии и флота, его контакты с иноверцами и иноплеменниками не вызывали у царицы понимания. Отношения не улучшились даже после рождения сыновей (из них выжил только первенец Алексей), а когда возлюбленной Петра I стала Анна Монс из Немецкой слободы, испортились окончательно.

При жизни матери Петр I еще соблюдал внешние приличия в общении с женой, а после смерти Натальи Кирилловны, находясь в постоянных отлучках, прекратил даже переписку с царицей. Оставшись после кончины брата самодержцем, Петр I сначала пытался уговорить жену постричься в монахини, а затем, не получив согласия, приказал отправить ее в суздальский Покровский монастырь, где она была пострижена насильно под именем монахини Елены. Если верить собственным показаниям Евдокии Лопухиной (данным, правда, во время судебного разбирательства на допросе «с пристрастием»), с 1709 г. у нее появился поклонник — майор Степан Богданович Глебов. Кроме того, вокруг нее и ее сына Алексея Петровича сосредоточилась старая боярская знать, мечтающая о свержении ненавистного им Петра I. В 1718 г. император безжалостно расправился с сыном, замышлявшим измену; были казнены Глебов, Александр Васильевич Кикин и другие участники предполагаемого заговора. Саму бывшую царицу перевезли в другой монастырь, а после смерти Петра I — в Шлиссельбургскую крепость, где Евдокия Федоровна содержалась тайно.

Участь ее смягчилась с воцарением внука — Петра II. Ей разрешили пребывать в Новодевичьем монастыре под Москвой и назначили достойное содержание, которого она ранее была лишена. Кардинально судьба Евдокии Лопухиной могла измениться незадолго до смерти, когда русский престол вновь оказался без хозяина. Несколько вельмож, так называемые «верховники», предложили ей стать императрицей, но Лопухина отказалась, предпочитая тихую монастырскую жизнь. Умерла она уже при Анне Иоанновне (средней дочери Ивана V), которая относилась к ней тепло — как к родственнице, а не сопернице.

Легенда приписывает Лопухиной знаменитое прорицание-проклятие «Петербургу быть пусту», произнесенное якобы после расправы Петра I над царевичем Алексеем. Документально не подтвержденные, слова эти имеют, скорее, фольклорный характер: слишком многие были недовольны тем, как резко и жестоко Петр I рвал с вековыми традициями русской жизни.